Записки о Камчатке. Горелый.

Норвежцы не ошиблись. На утро действительно прояснилось небо, и каждый из окружавших вулканов предстал перед нами во всей красе: каждая макушка, каждый склон теперь, когда все небо не заволакивали тучи, сверкали на солнце и звали к себе. Мы наконец-то смогли умыться в ручье у подножия холма, позавтракали вкусной кашей, собрали лагерь и поехали на наше первое (как потом оказалось, и последнее) восхождение на вулкан Горелый.

Горелый — действующий вулкан, последнее извержение которого зафиксировано в 1986 году, он состоит из цепочки в 11(!) кратеров. Не такой высокий как свои соседи — Мутновский и Вилючинский, — он на 1829 метра возвышается над морем посреди космической черной пустыни и внешне, пожалуй, совсем неинтересен. Его своеобразную внутреннюю красоту можно постичь, только заглянув в кратеры.

Путь туда-обратно занял у нас около 7 часов с несколькими пятиминутными перевалами и перекусами. Восхождение на вершину технически не сложно, тропа набита, если позволяет погода, то проблем никаких. Однако с непривычки все-таки не очень.

Мы идем в прогулочном темпе, помогая себе треккинговыми палками, шутим, перебрасываемся парой фраз, обязательно здороваемся со встречными путниками, в какой-то момент даже пытаемся петь. Сравнительно скоро наша стоянка остается далеко внизу, я оборачиваюсь и замираю от восторга — позади на нас уставился Вилючик в окружение своих друзей. Кажется, я даже вижу кусочек океана вдали. Показался Мутновский, он как ни в чем не бывало величественно стоит по левую сторону, хвастаясь своими ледниками и активной кальдерой бирюзового цвета. Какой нахал! Мы ведь так и не попали туда.

После всего-то пары часов восхождения мы на краю кратера Горелого. С первого взгляда вниз захватывает дух! И совсем не от высоты или крутизны (хотя и то, и другое тоже приличные), а от вида кислотного озера на дне кратера! Конечно, то, что оно кислотное, по одному виду не определишь, хотя цвет у него, конечно, завораживающий: такой ярко-сине-бирюзовый. Смотрю на озеро и думаю: «А что будет, если в это озеро упасть?!» . Идем по узенькой дорожке по хребту кратера, залезаем на самую высокую точку Горелого, за которым видно другое озеро — серное (а если упасть сюда?).

У нас восторг. Отвесные стенки почти идеально круглого кратера, внизу которых — дымящие фумаролы, и само озеро — молочно-голубое, нереально блестящее на солнце. Инфернальное зрелище. Только вонючий запах серы повсюду — да к черту ее! — не каждый день гуляешь по кратеру вулкана!

Я всегда думала, что наверх идти сложно, а вниз — легко. Логично же. Увы, спуск оказался сложнее восхождения. Как мы выяснили позже, логика, как и любые законы природы, на Камчатке не действуют. Уже внизу, на стоянке, Егор спрашивает, как мы себя чувствуем: не устали ли мы, не натерли ли ботинки, не дали ли о себе знать старые травмы и болячки. Но мотивации и настроя нам не испортишь — мы так рады куда-то идти, смотреть по сторонам и эйфорийно задыхаться после целого дня в палатках, что практически не отдыхаем после спуска и бежим наперегонки бонусные 1,5 часа — пробираемся сквозь джунгли к Вилючинскому водопаду.

Пока все на радостях спускаются к его подножию, я сижу на камушках наверху (не хочу промокнуть) и понимаю, что все это я уже видела раньше — вулканы, водопады, черную пустыню, инфернальный пейзаж и марсианские хроники. «Это уже было, и это, а это я видела там, а похожее я уже встречала», — крутилось у меня в голове. В какое-то мгновенье мир показался не таким огромным и разнообразным. А потом я себя стукнула. Так делать не надо. Не надо сравнивать. Каждое путешествие уникально.

После прогулки нас ждал перекус с кабачковой икрой, капустой, орешками, хлебом, сыром и колбасой. Придумываю, как бы повкуснее это съесть, и просто накладываю все друг на друга. В животе все равно все переварится.

Всю обратную дорогу в вахтовке я пытаюсь поспать. Ехать те же 4 часа, только за окном уже знакомый пейзаж. Пытаюсь поспать, но постоянно бьюсь головой о стекло, когда машина подлетает на кочках. Вася пытается привязать к моей голове сидушку, чтобы я не набила шишку на лбу. И пока он думает над патентом своего стартапа, наша вахтовка ломается. Прямо посреди Объекта Незавершенного Строительства.

  • Вот и сходили за хлебушком.

Мы очень спешили в город, хотели успеть в магазин прикупить несколько бутылок коньяка и пива, но вместо этого вывалились из машины и вытащили все рюкзаки с задних сидений. Водитель разобрал переднюю часть вахтовки, и мы принялись ждать (слишком много ждать для пары-тройки дней). Нарезали круги вокруг машины, пинали камушки, пока, спустя минут 20, нам не разрешили залезть обратно. В магазин мы успели, и, кажется, сделали ему выручку за целый день (ребята подсчитали, что на следующие 8 дней нам нужно как минимум 4 бутылки коньяка).

Вечером обнаруживается пропажа моего дождевика, того, который накануне мы проверяли на летучесть. Я расстроена. Перевернула весь рюкзак, но не понимаю, куда он мог деться. Как я буду идти без дождевика, если пойдет дождь? Если верить слухам, на Камчатку пришел тайфун, предыдущей группе пришлось в шторм торчать у Толбачика двое суток, а 70 человек на целую ночь застряли в Долине Гейзеров (той, что настоящая) из-за нелетной погоды. Это никуда не годится.

PS: в принципе, в кислотное озеро на Горелом можно и окунуться, хотя категорически не рекомендуется.

Свежие комментарии